«Теперь мы едим всего раз в день». Почему сирийцы становятся все беднее с тех пор, как пал режим Башара Асада

В сентябре в сирийских городах вспыхнули протесты. На площадях и улицах протестующие жгли покрышки, перекрывали дороги и скандировали лозунги, выражая гнев по поводу решения правительства вновь повысить цены на топливо. Это стало самым масштабным проявлением недовольства решениями правительства с тех пор, как два года назад к власти в стране пришел Ахмед аш-Шараа.

Один из участников протестов в эфире сирийского телеканала заявил, что по-прежнему поддерживает власти, однако его положение стало настолько тяжелым, что ему больше не на что купить хлеб. «Честно говоря, мы уже боимся того, какое новое решение принесет нам следующее утро», — добавил другой участник акции протеста.

Очередное повышение цен на топливо — еще одно звено в цепочке решений правительства, которые делают население все беднее и беднее.

После того, как повстанцы во главе с аш-Шараа свергли режим Башара Асада, положив конец пятидесятилетнему жестокому правлению семьи Асадов и тринадцатилетней разрушительной гражданской войне, благосостояние многих сирийцев значительно ухудшилось.

Заняв пост президента, аш-Шараа начал предпринимать усилия по восстановлению экономики, пострадавшей от долгой войны и санкций.

Никто не сомневался, что это очень сложная задача. Однако, празднуя свержение Асада, сирийцы — возможно, излишне оптимистично — надеялись на быстрые перемены к лучшему. Однако за два года работы новых властей жизнь населения не улучшилась, напротив, финансовое положение значительной части населения продолжает ухудшаться, а экономическая политика правительства вызывает у многих разочарование.

Цены выросли практически на все, в том числе на коммунальные услуги и товары первой необходимости. А очередное, неожиданное повышение стоимости топлива многие восприняли как признак того, что правительство оторвано от реальности.

«Нам не нужны кольцевые развязки! Каждый день строят новую развязку. Люди поддержали вас и остаются на вашей стороне, — сказал еще один протестующий, обращаясь к аш-Шараа, — но подобные действия могут привести к взрыву».

Спустя несколько дней, на фоне призывов к новым акциям протеста, решение о повышении цен было отменено.

В пригороде Дамаска я встретился с Фатимой Салех Эйд. Она пришла на рынок, чтобы купить продукты на неделю. Фатиме 50 лет, она работает уборщицей, чтобы помогать содержать семью.

«Нам пришлось очень нелегко», — говорит она. Ее муж недавно устроился на керамический завод, до этого год он был без работы. Ему еще повезло: многие их знакомые не могут найти работу уже долгое время. На некоторых улицах мужчины собираются в ожидании случайного заработка — зачастую напрасно.

Правительство аш-Шараа в рамках политики жесткой экономии существенно сократило субсидии, действовавшие в стране многие годы при Асаде. После этого цены на хлеб — основной продукт питания в Сирии — выросли в десять раз. Стоимость топлива в Сирии теперь соответствует среднемировым показателям. Резкий рост цен на топливо ударил по фермерам, также подорожали все перевозки, а тарифы на электроэнергию для многих компаний выросли на сотни процентов.

Власти попытались снизить напряженность, проиндексировав зарплаты в государственном секторе, а также пенсии, однако из-за постоянного роста цен эти прибавки к зарплатам и пенсиям практически не ощущаются.

«Теперь мы питаемся гораздо скромнее. Мы больше не можем позволить себе ни курицу, ни мясо. Едим только овощи, но даже они стоят дорого, — рассказывает Фатима. — Дай Бог, цены когда-нибудь снизятся».

Пока мы беседовали, вокруг собралось около дюжины человек самого разного возраста. Никто не возражал против того, что говорила Фатима. Пожилой мужчина тоже признался, что перестал покупать мясо. Другой, которому около двадцати лет, рассказал, что его семья больше не может покупать лекарства для отца, у которого больное сердце. Одна молодая женщина призналась, что она и ее четверо детей могут позволить себе полноценный обед только раз в два дня.

«Я боюсь счета за электричество»

68-летний пенсионер Марван Башур говорит, что его ежемесячный доход составляет около 90 долларов — это минимальный размер оплаты труда в государственном секторе. «Этого совершенно недостаточно», — говорит он.

По данным Программы развития ООН, в 2025 году году 90% сирийцев жили в бедности.

Марван Башур рассказал мне, как ему удается выживать на 90 долларов в месяц.

«Иногда я занимаю деньги, иногда продаю вещи из дома. Например, старую кастрюлю, тарелки, которыми мы никогда не пользовались, или подарки, которые нам когда-то дарили. Приходилось даже продавать мебель», — рассказывает он.

Были и другие трудности. Как и многие сирийцы, Марван раньше полагался на помощь гуманитарных организаций. Но теперь эта поддержка прекратилась: из-за сокращения финансирования организации были вынуждены урезать объем предоставляемой помощи.

Сирия также ощутила на себе последствия противостояния США и Ирана. По заявлению правительства, повышение цен на топливо, спровоцировавшее протесты, отчасти было вызвано давлением на энергетические рынки, возникшим из-за этого конфликта.

Я встретился с еще одним пенсионером — 63-летним Набилем аль-Ремхейном. Ни один из его четверых взрослых детей не смог найти работу. «Теперь мы едим всего раз в день. Это настоящая трагедия. И так не только у меня — так живет все население. Мы все голодаем… Мы задыхаемся под гнетом растущих цен», — говорит он. На его лице читается усталость.

Набиль отвел меня к себе домой, в бедный район с узкими улочками и скромными постройками. Когда мы пришли, его жена занималась домашними делами. В доме было темно, но она не включала свет.

«Я боюсь счета за электричество, — признался Набиль. — Мы стали реже включать свет в доме, а холодильник отключаем примерно на пять часов в день».

И все же последний счет был равен примерно трети семейного дохода. Набиль его так и не оплатил.

Хаид Хаид, сирийский публицист и приглашенный эксперт лондонского аналитического центра Chatham House, отметил, что положение «значительной части населения» стало хуже, чем до падения режима Асада.

По его словам, экономический кризис — одна из «наиболее опасных проблем» для правительства, причем отчасти оно само стало его причиной.

«Отчасти [кризис] связан с нехваткой [финансовых] ресурсов и наследием прежнего режима, — пояснил он. — Но это также прямое следствие новой политики, направленной на переход [Сирии] к свободной рыночной экономике — политики, которая совершенно не учитывает, каковы будут последствия преобразований для людей».

Представитель Министерства экономики и промышленности Сирии сообщил мне, что никто из сотрудников ведомства не может прокомментировать ситуацию и дать интервью.

Безусловно, сирийскому руководству удалось добиться определенных важных результатов.

Были сняты международные санкции, введенные еще при Башаре Асаде, а США исключили страну из списка государств — спонсоров терроризма.

Ситуация в сфере безопасности остается нестабильной и вызывает тревогу, однако в целом в стране стало спокойнее.

Президент продолжает укреплять свою власть: в частности, ранее в этом году он вернул под свой контроль богатый ресурсами северо-восток, вытеснив оттуда курдские формирования. (При этом друзы по-прежнему удерживают районы на юге, стремясь создать там автономное образование, а Израиль оккупирует часть юго-западных территорий.)

Однако о реальном восстановлении экономики пока не приходится говорить. Значительные территории Сирии по-прежнему лежат в руинах после войны, которая унесла жизни полумиллиона человек и привела к тому, что половина населения была вынуждена покинуть свои дома.

Многие семьи, не имея средств на аренду жилья, вынуждены ютиться в частично разрушенных зданиях. По оценкам Всемирного банка, на восстановление страны потребуется 216 миллиардов долларов — без иностранной помощи и инвестиций сирийцам будет невозможно отстроить ее заново.

Сирийский экономист Самир Аита из базирующегося в Париже аналитического центра «Круг арабских экономистов» охарактеризовал нынешний кризис как «результат проводимой политики, при которой власти не смогли сформировать реалистичные ожидания общества, что породило лишь несбыточные надежды».

На мой вопрос о том, как он оценивает будущее, Аита ответил: «Ситуация неустойчива. Если курс не изменится, боюсь, нас ждет хаос».

Сирийцы, измученные многолетней войной и практически лишенные выбора, тем не менее продолжают надеяться на лучшее.

Абу Махмуд, водитель такси, сказал мне: «Страна досталась им уже банкротом, так что людям нужно набраться терпения. Такие вещи в одночасье не делаются».

При участии Ланы Антаки, Саманты Гранвилл и Нехи Шарма

Скачайте новое приложение BBC World Service!

При первом открытии приложения выберите «BBC News Русская служба» и получайте уведомления о важных новостях, аналитике, видео и подкастах.

Важно: новое приложение недоступно на территории Великобритании и США.